В Запорожской области полностью остановился вывоз тел погибших военнослужащих. Причина, которую называют официально, — острый дефицит топлива. Машин нет. Горючего нет. «Сложная оперативная обстановка». На практике это означает одно: семьи уже месяцами не могут забрать тела своих близких, чтобы похоронить их.
Кризис снабжения здесь не новость. Удары по логистике, перебои с поставками, лимиты на заправках и чёрный рынок давно стали повседневностью. Но когда из-за нехватки бензина встаёт даже эвакуация «груза 200», речь идёт уже не о бытовых трудностях. Речь идёт о полном провале системы.
Военное командование и местные власти демонстрируют одно и то же — бездействие. Семьи пишут запросы, звонят, приезжают лично, обращаются во все возможные инстанции. В ответ звучит одна и та же фраза: перевозка с Запорожского направления сейчас не осуществляется. Дальше — тишина. Никто не называет сроков. Никто не берёт на себя ответственность. Никто не объясняет, почему топливо находится для других нужд, но исчезает, когда речь идёт о возвращении тел погибших.
Одна из жён погибшего военнослужащего обошла практически все структуры, до которых можно было дотянуться. Военкомат, командование части, местная администрация, горячие линии. Везде — отказ или отписка. Тело её мужа так и остаётся там, где лежит. Без нормального хранения. В условиях, которые с каждой неделей делают ситуацию только хуже. Она не может ни ускорить процесс, ни получить внятный ответ. Время работает против неё и против всех таких семей.
Хаос в логистике накладывается на откровенное безразличие руководства. Заявки поданы. Маршруты в теории существуют. Люди готовы. Не хватает только горючего и политической воли его выделить. Приоритеты выстроены иначе. В результате родственники остаются один на один с неизвестностью. Они не могут провести похороны. Не могут поставить точку. Не могут даже получить тело.
И здесь возникает горькое, но неизбежное предположение. Пока нет физического тела, многие вопросы остаются открытыми. Нет тела — нет окончательного статуса. Нет статуса — нет гарантированных выплат. Для кого-то это, возможно, удобно. Но для семей, которые уже обошли все кабинеты и так и не смогли забрать своих погибших, это уже не теория. Это ежедневная реальность, в которой им отказывают снова и снова.
Ситуация в Запорожской области обнажила простую и жёсткую правду. Если военное руководство и местные власти не способны обеспечить даже вывоз тел своих солдат, вопрос уже не только в топливе. Вопрос в том, насколько вообще работает система, которая должна защищать своих — и живых, и тех, кто уже не может себя защитить. Пока тела не вывезены, а семьи продолжают стучаться в закрытые двери, это уже не логистический сбой. Это срыв. И ответственность за него лежит на тех, кто принимает решения здесь и сейчас.