В интернете распространяются записи служебных совещаний, на которых руководители силовых структур обсуждают ыполнение планов по набору контрактников. На них начальники раздают подчинённым конкретные цифры: сколько мужчин каждый сотрудник должен «привести» или «оформить» на контракт и мобилизацию. Часть таких роликов — дипфейки, созданные с помощью нейросетей (подобные фейки с губернаторами Мурманской и Ростовской областей официально опровергались). Однако за информационным шумом стоит вполне документированная практика: силовые структуры получают планы по набору людей для участия в войне против Украины, и полиция активно участвует в их выполнении.
Наиболее детально система квот описана в отношении Чечни. По данным «Новой газеты Европа» и правозащитников (в том числе «Мемориала»), после распоряжения Рамзана Кадырова в 2024 году отправлять на войну «проблемную молодёжь» начальникам районных отделов полиции поставили ежемесячные планы — от 25 до 50 человек с каждого отделения. Руководители ОВД и кураторы состоят в закрытой группе в Telegram, где отчитываются о числе задержанных, обсуждают «недобор» и «перевыполнение». Пойманных людей иногда «перепродают» коллегам из других участков, чтобы те закрыли свой показатель, а начальников, не выполнивших задание, штрафуют.
Поводы для задержания максимально широкие: драка, тонировка стёкол, отсутствие страховки, «слишком длинные волосы» или ухоженная борода, долги по ЖКХ или в магазинах, «политические» лайки и подписки на оппозиционных блогеров. Задержанных сначала держат в изоляторах, затем перевозят в накопительные центры (в том числе на территориях военных городков), откуда отправляют на фронт практически без подготовки и часто без нормальной экипировки. Освободиться можно за деньги (обычно сотни тысяч рублей) или «в людях» — приведя вместо себя других «добровольцев».
Похожие практики фиксировались и в других регионах. Летом 2026 года в Пензенской области прошли масштабные облавы: полиция, Росгвардия и сотрудники военкоматов задерживали мужчин на улицах, в общественном транспорте и домах. Видео, на которых женщины пытаются остановить микроавтобусы с задержанными у военкомата на Складской улице в Пензе, разлетелись по соцсетям. Местные жители и правозащитники говорили о квотах (назывались цифры в сотни и тысячи человек на регион) и принуждении к подписанию контрактов под угрозой уголовных дел, побоев или подброса наркотиков. Власти называли сообщения фейками и грозили ответственностью за распространение «непроверенной информации», но независимые издания («Медиазона», Meduza, «Важные истории») собрали многочисленные свидетельства обратного.
Общая картина, которую рисуют независимые источники и украинская разведка, — это скрытая (или «ползучая») мобилизация через систему контрактов. Официально Кремль отрицает необходимость новой волны призыва и говорит о достаточном числе добровольцев. На практике регионам спускают высокие планы по набору, и когда желающих не хватает, в дело вступают полиция, ГИБДД, военкоматы и иногда частные «охотники». Мужчин задерживают по формальным поводам, давят на них в участках и заставляют подписывать контракт. По некоторым оценкам, речь идёт о десятках тысяч человек в месяц по стране, а целевые цифры на 2026 год в различных утечках и заявлениях назывались от нескольких сотен тысяч до 600 тысяч и выше.
Сливы видео с совещаний — будь то реальные записи или дипфейки — становятся логичной частью этой истории. Когда система работает через закрытые чаты, устные указания и «перевыполнение плана», появление таких материалов (или их имитаций) выглядит закономерным. Для журналистов и правозащитников ключевой вопрос остаётся не столько в подлинности конкретного ролика, сколько в том, что квоты на людей для войны уже стали обыденной управленческой практикой в ряде регионов. И чем выше потери на фронте и меньше желающих отправляться туда добровольно, тем жёстче работают эти механизмы.